Иван Маевский: "Конина - это прикольно, но я больше по драникам и борщу"

До прихода в большой футбол Иван Маевский работал грузчиком на рынке в Речице и укладчиком-упаковщиком на метизном заводе. Играл в Гомельской области на турнирах среди заводчан и мечтал пробиться хотя бы в команду второй лиги. В 20 лет Маевского позвали в калинковичскую «Вертикаль». А сегодня он уже полузащитник «Астаны» и сборной Беларуси, которая в эту субботу готовится принять бундестим.

- Вы уже больше двух лет в Казахстане. Успели стать своим?

- Два года достаточно, чтобы привыкнуть, понять обычаи и традиции. Мне здесь вполне комфортно: в Казахстане все разговаривают на русском, много заведений европейского типа, где можно поужинать и хорошо провести время. К валюте тоже без проблем привык: у нас с вами недавно вообще миллионы были (улыбается).

Самым непривычным, наверное, до сих пор остается казахстанская погода и отсутствие зелени. После Беларуси, где много лесов и парков, жить в степи очень сложно.

- Пару примеров, почему суровая казахстанская погода не миф.

- В Астане (Иван Маевский, как и многие жители казахстанской столицы, до сих пор говорит именно Астана, а не Нур-Султан. — Прим. TUT.BY) сильные ветра задувают на протяжении всего года. Бывает, возвращаюсь из магазина с полными пакетами еды и сражаюсь с ветром, как супермен: я — в одну сторону, пакеты — в другую.

Здесь очень суровые зимы. Например, прошлой зимой температура опускалась до минус 50 °C. Иногда термометр показывает минус 30 °C, а по ощущениям — минус 45 °C. Футболистам везет: на зимние месяцы как раз приходится наш отпуск и сборы. Хотя перепады температур для Астаны — стандартная история круглый год. По моим наблюдениям, здесь отсутствует классическая осень и весна. 28 апреля на улице было плюс 20 °C, а через два дня выпал снег.

- Казахстан в 13 раз больше Беларуси. Что туристу в первую очередь надо здесь увидеть?

- В плане расстояний Казахстан, конечно, не Беларусь. Здесь невозможно сесть за руль, проехать 100 километров и через час оказаться где-то в совершенно новой локации. В Казахстане другие дистанции. Например, почти на все выездные матчи мы с командой летаем самолетом. Только в Караганду, до которой 260 километров, и еще в один город добираемся автобусом. Туристам я бы посоветовал увидеть два главных города — Астану и Алматы. Остальные населенные пункты менее развиты и, на мой взгляд, не так интересны для иностранцев, хотя и там наверняка можно найти красоту.

- Местные называют Нур-Султан большой стройкой. Как вам живется в окружении подъемных кранов?

- Сейчас казахстанская столица действительно представляет собой грандиозную стройку. Если взглянуть на фотографии 10-летней давности, город просто не узнать: некоторых торговых центров тогда и близко не было. При этом из-за масштабного строительства в Астане встречаются здания с недоделками. Например, свою первую квартиру я снимал в высотке на 31-м этаже. И даже в новом доме в центре периодически возникали ситуации, когда все четыре лифта не работали и приходилось подниматься пешком.

- Казахстан дороже Минска?

- Плюс-минус одинаково. Хотя в Минске я бываю очень редко, поэтому мне сложно судить. Пообедать в кафе в торговом центре Астаны стоит 20−30 долларов. На эти деньги можно взять суп и горячее. В Минске примерно так же?

Точно могу сказать, что Астана дороже всех остальных городов Казахстана, как и Минск выше по ценнику, чем областные и районные центры. Согласитесь, поужинать в Речице и Минске — несопоставимо по стоимости.

- Ваш рацион в Казахстане сильно изменился?

- Нет, мы с женой питаемся как обычно. Единственное, в Астане не продают свинину. Знаю только одно место на рынке, где ее можно купить. В Казахстане не все жители — религиозные мусульмане, но тем не менее порядки такие.

Конечно, я пробовал национальные блюда. Самое традиционное — бешбармак (мясо-мучное блюдо из конины. — Прим. TUT.BY). Друзья угощали бешбармаком, который сделала коренная казашка. Могу сказать, что хорошо приготовленная конина — это вкусное и немного жирноватое мясо, которое не отличить от говядины. Конина — это прикольно, но точно не блюдо на каждый день. Я все-таки любитель нашей еды: драников, колдунов и борща.

- Когда вы играли в Польше, то быстро выучили их язык. Как обстоят дела с казахским?

- На польском я даже интервью свободно раздавал, а казахский учить не начинал. Одни казахстанцы говорят между собой на казахском, другие — на русском. Я в раздевалке спокойно могу общаться по-русски.

Кстати, казахский в Астане звучит однозначно чаще, чем белорусский — в Минске. На мой взгляд, казахстанцы правильно делают, что заботятся о сохранении своей идентичности. У нас с этим сложнее. Недавно читал высказывание президента про «хуткасны рэжым» и вывески на белорусском. Неизвестно, как сейчас люди восприняли бы переход на белорусский язык.

Понятно, если и делать это, то делать постепенно. Например, я не смог бы сейчас свободно заговорить по-белорусски. В школе с этим было получше, но со временем какие-то слова позабылись. При этом я бы хорошо воспринял плавный переход на родной язык. Замечаю, что некоторые уже стараются идти в этом направлении. Например, часть матчей у нас комментируют по-белорусски. Мне нравится.

- В команде обсуждали политические перемены в Казахстане, переименование Астаны в Нур-Султан?

- Ребята в клубе особо не говорят об этом, а вот друзья из Беларуси и России подкалывали: «Ну что, вы теперь нурсултаняне или как?». Я по-прежнему говорю "Астана" и даже билеты и погоду по привычке смотрю в Астане, а не в Нур-Султане. Но политику ни с кем не обсуждаю. Больше про спорт общаемся.

- Окей. Тогда спортивный вопрос: что в Казахстане больше любят — футбол или хоккей?

- Здесь довольно своеобразное отношение к спорту. «Астана-Арена» вмещает 30 тысяч зрителей. На матчи национального чемпионата приходит мало людей (три-пять тысяч), а как только наступает пора еврокубков — на арене 25 тысяч. То есть аншлаги собирают даже матчи с французским «Ренном» и киевским «Динамо», которые по статусу совсем не «Барселона». Магия слова «еврокубки» делает свое дело: на все футбольные игры европейского турнира приходит минимум 20 тысяч. На хоккей люди тоже ходят, по крайней мере «Барыс» собирает в КХЛ свою аудиторию.

- Разница во времени между Нур-Султаном и европейскими столицами три-пять часов. Лига чемпионов по местному начинается в час ночи. Жестковато.

- Ну да. Приходится смотреть матчи по утренним обзорам или ограничиваться первым таймом. Когда мы играем в еврокубках, то домашние игры начинаются в девять-десять вечера. А вот на выезде нужно подстраиваться под европейское время. Представьте, начало матча в девять по Европе, а для нас это уже час ночи. Помню, играли в Глазго (с Великобританией разница во времени еще больше), нам надо выходить на поле, а я сижу в раздевалке, зеваю и спать хочу. Хоть и прилетаем заранее — за день-два до игры, но этого не хватает, чтобы перестроиться. Такие издержки.

sport.tut.by