Станислав Черчесов: «То, что планировали в игровом плане в Лиге Наций, можно сказать, осуществили»

– Недавно вы в телеэфире произнесли такую фразу: «Пока перед вами главный тренер сборной Казахстана». Сейчас что-то изменилось? Что с юридической стороной вопроса?

– В четверг 29 января получил уведомление от Казахстанской федерации футбола о том, что контракт будет расторгнут. В одностороннем порядке, по инициативе КФФ. Теперь жду, как говорится, расшифровку.

– И на каких условиях расходитесь с федерацией?

– На тех, что прописаны в договоре. Их знают только федерация, я и мой тренерский штаб. Мы никогда не создаем проблем. Соглашение есть соглашение, оно будет выполнено, пожмем друг другу руки и разойдемся.

– В начале января вы летали в Казахстан, познакомились с новым президентом КФФ Маратом Омаровым, обсудили планы. Вы изложили свое видение подготовки к стартующему в марте отборочному турниру ЧМ-2026. Насколько после этого ситуация с увольнением стала неожиданной?

– Знаете, наш тренерский штаб взял два титула в Польше – и сам ушел. В Венгрии три выиграл – ушел. Здесь 0:15 было и одно очко в шести матчах – в такой ситуации всего можно ожидать. Другое дело, что на встрече с Омаровым, чтобы тому не было некомфортно, сразу поинтересовался: сотрудничаем или есть какие-то вопросы?

– И что же услышали в ответ?

– Конкретного в тот день – ничего. Кстати, в этот раз попросил, чтобы программу нашей подготовки сверстали как можно более подробно, буквально до минуты чтобы все расписали – дабы у нового руководителя все это на столе лежало, и он не задумывался с ходу о том, с чем впервые сталкивался.

Обсудили то, что было, и то, что будет, – состав группы уже знали. Естественно, говорили о той работе, что мы провели. Все понимают, каков итог выступления в Лиге наций, это на поверхности, но никто не видит, что происходило внутри. А мы должны были подойти к марту с новыми идеями, которые обкатали в Лиге Наций. Грубо говоря, заложили определенный фундамент, но построить не удалось – не успели. Повторю: то, что планировали в игровом плане в Лиге наций, можно сказать, осуществили. Перешли на схему с четырьмя защитниками, много молодежи ввели – чтобы в конце марта в стартовой встрече квалификации ЧМ с Уэльсом ребята не с нуля начинали. Можете себе представить: в ЛН выпускали бы ветеранов, кто-то из них к весне закончил бы – и перед Уэльсом и Лихтенштейном, первыми ответственными играми цикла, мы не знали бы с чего начать.

С предыдущим главой КФФ Адилетом Барменкуловым все это обговаривали, он знал наш план и понимал, что и как делаем. Поэтому все вообще спокойно было. Понятно, что никого 0:15 не устраивает, его и меня в том числе. Другое дело, что в группе с Австрией, Словенией и Норвегией довольно легкомысленно, сказал бы, рассчитывать на топ-результаты. Мы же вместе с Адилетом Назарбаевичем ездили прошлым летом на Чемпионат Европы, видели вживую австрийцев, словенцев и понимали, с кем предстоит соперничать в ЛН, могли сравнить их с нами. Значит, выступление в Лиге Наций надо было посвятить другим вещам, чтобы с новой, посвежевшей, что ли, командой начать отборочную кампанию Чемпионата Мира.

Мы эту работу уже не можем продолжить, но, надеемся, то, что заложено, в какой-то степени поможет новому тренеру как минимум на одну ошибку меньше совершить, нежели бы он пришел и с нуля стал перестраиваться на четырех защитников, омолаживать состав и все такое.

Кстати, еще пара недель и не исключено, что пришлось бы самому задуматься о будущем. Свой штаб о таком варианте развития событий предупреждал.

– То есть?

– Сейчас объясню. Всегда говорю, что любому руководителю, занявшему пост недавно, нужно дать время на создание системности и на то, чтобы понять, с кем идти дальше. А в моем случае определенность пока не наступила: совсем недавно, уже при новом президенте, в федерацию пришли и спустя месяц покинули управляющий директор Кайсар Бекенов и руководитель спортивного департамента Гани Кайназаров, с которым обговаривал множество разных оргмоментов. Под вопросом будущее Ерлана Жамантаева в качестве президента местной лиги, как и самой структуры – не исключено, что организацией чемпионата КФФ займется сама.

Обычный человек задается вопросом – нравится ему кто-то или не нравится. Бизнесмен всегда смотрит с точки зрения своего дела – выгодно что-то для него или не выгодно. А тренер должен руководствоваться тем, способен ли он решить задачу в тех или иных условиях. И я мог принять определенное решение в ситуации, когда, образно говоря, все мосты нужно наводить заново.

В нашем последнем разговоре пожелал Омарову, чтобы все сложилось так, как он для себя планирует, – удачи на всех направлениях.

Завещание Барменкулова и Маркиньос

– Если смотреть со стороны, не зная деталей, то, судя по стремительности появления новостей о назначении нового главного тренера сборной Казахстана – Али Алиева из «Кызылжара», который пока получил приставку «и.о.», ваш уход готовился заранее. Не возникало ли у вас по каким-то признакам, штрихам, моментам разговора с Омаровым ощущения, что все уже близко?

– На такое внимания никогда не обращал, где бы ни трудился, ничего ни за кого из руководителей не додумывал. Вот что точно могу сказать: когда работаю, то никакие другие предложения не рассматриваю, ни с кем не разговариваю. А если разговариваю, то мое начальство об этом знает. Все остальное меня не касается.

– После сообщения на официальном сайте КФФ о вашем уходе с Омаровым общались?

– Да, говорили по телефону. Но как человека и функционера оценить его не могу, потому что с ним не работал, голословно что-то утверждать – не мое.

– Казахстанские журналисты считают, что идет чистка «барменкуловских». Уже упомянутые изменения в спортивном департаменте КФФ, руководстве лиги, вы ушли...

– Что-то начинаю переживать за Адилета Назарбаевича – это же сколько людей нужно упомянуть в его завещании... (Смеется.) А если серьезно, то не знаю, по какой причине произошло расставание со мной. Допускаю, что Омаров – последний человек, который этого хотел, но есть же еще окружение и другие руководители. Еще раз повторяю: я делал свою работу, за которую, к сожалению, ответить сейчас уже нельзя. Ответил бы по итогам того, к чему мы готовились, – отборочный цикл ЧМ расставил бы все по местам.

– С кем-то из футболистов сборной Казахстана в последние дни общались?

– Да, звонили капитан Асхат Тагыберген, Бактиер Зайнутдинов, Нуралы Алип, Аслан Дарабаев, Станислав Покатилов... Спокойно говорили – кстати, об уходе пять секунд, все остальное время о будущем. Мы же до этого что-то обсуждали, и ничего не поменялось. Где бы мы ни работали, всегда остаемся на контакте с игроками, например, до сих пор поддерживаем связь с ребятами из «Легии» и «Ференцвароша» нашего образца.

– Кстати, а с Маркиньосом когда последний раз говорили?

– В Будапеште. Перед переездом в «Спартак» он со мной не советовался. Но парень знает, как он здесь оказался: мы его взяли из болгарского «Ботева», где он выступал в аренде от «Атлетику Минейру», и сделали все возможное, чтобы бразилец раскрылся. Рад, что в Москве Маркиньос регулярно выходит на поле.

Медийность и капитализация

– В свое время у Казахстана был крепкий представитель в высшей лиге СССР – «Кайрат». Понятно, что после распада Союза уровень упал во всех 15 странах постсоветского пространства, потом где-то начался подъем. Сейчас в виртуальном рейтинге вы казахстанский футбол на какое место поставили бы?

– Недавно кто-то мне прислал, какое место занимает местная лига в мире (86-е по версии Международной федерации футбольной истории и статистики. – Прим. «СЭ»). Есть футбол, им надо заниматься, причем на государственном уровне. В Казахстане такое есть? Не в том масштабе, что требуется. При мне КФФ стала активно работать в этом плане, я же объездил всю страну, видел своими глазами. Стадионам потихоньку начали внимание уделять – есть клубы, где в этом смысле есть определенные возможности. Такие шаги были при Барменкулове сделаны. Надеюсь, сейчас это подхватят и не остановятся. Сейчас же практически все национальные команды – первая сборная, молодежная – принимали соперников на арене «Кайрата». Больше негде просто – в Астане стадион закрывался на реконструкцию. Кстати, мой просчет в том, что не задал вопрос о домашней арене при назначении, не знал, что не будет возможности играть на искусственном поле, это оказалось нашим минусом, тогда как синтетика стала бы плюсом. Жалею, что не спросил, а был поставлен уже перед фактом.

– Отматывая пленку назад, что-то в медийном плане поменяли бы?

– Слушайте, я такой, какой есть. Вас же не спрашивал, какие вопросы будете задавать. Поэтому и на пресс-конференциях, когда слышу вопрос, реагирую так, какой я есть, ничего не придумывая, отвечаю так, как понимаю и чувствую. Не хочу специально кому-то понравиться. Это и плюс, и минус, наверное, – в зависимости от ситуации.

Мне вот на днях один казахстанский журналист написал: «Что мы будем без вас делать? Без работы же нас оставите». Между прочим, это большая страна, где есть не только два-три блогера, пишущие о футболе и иногда ерунду. Так что верьте не слухам, а официальным источникам. Например, тому, что говорю сейчас в этом интервью.

– А что журналисту ответили?

– Что все познается в сравнении, вот давайте – сравнивайте.

– По крайней мере, в российских СМИ о сборной Казахстана с вашим приходом стали писать чаще и больше.

– Есть спорт, а есть медийность – и ее нужно капитализировать. Задача в том числе в том, чтобы мои команды были интересны – на поле и за его пределами, в интервью, на пресс-конференциях.

– Кстати, с тем журналистом, который пришел на вашу пресс-конференцию в куртке «ПСЖ», потом общались?

– Нет. Хотя попросил федерацию подготовить куртку сборной – хотел вручить, говорили, что он будет на одном мероприятии, но его там не оказалось.

– Многие тренеры после увольнений выглядят расстроенными, кто-то вообще в депрессию впадает. По вам такого не скажешь.

– А я вам задам вопрос: почему должен расстраиваться?

– Все-таки работа потеряна.

– Ну я же не предпринимал шаги, чтобы уйти. Вот если бы сам сборную Казахстана покинул, пройдя хотя бы полпути, себя корил бы. А если бы мне не дали довести работу до того момента, что я себе представлял, то почему меня должно расстраивать решение других людей?

Как можно ответить за то, за что нельзя ответить? Имею в виду главную цель – отбор на ЧМ-2026. Вот те 0:15 – мои. Вспоминайте на здоровье, СМИ надо же о чем-то писать. Только наш тренерский штаб делал все возможное, чтобы эти 0:15 превратить в совершенно другие цифры – спустя время, конечно.

– Андрей Канчельскис, с которым вы в свое время немало поиграли в нашей сборной, высказал мнение, что Черчесову сейчас нужна пауза в карьере.

 – Ну Андрей-то опытный руководитель, много кого тренировал на постсоветском пространстве – человек знает, что говорит.

– А если серьезно – планируете какой-то отдых? И вообще, каким видите свое будущее?

– Буквально две-три недели назад ко мне обращались с Ближнего Востока, клуб, претендующий у себя в стране на чемпионство. Но я тогда находился на контракте с КФФ. Посмотрим... Честно говоря, не хочу, чтобы мне на второй день кто-то с предложением набирал.

– Почему?

– Потому что не исключен такой звонок, что ты не можешь отказаться. Так тоже бывает. Плюс клуб и сборная и в этом смысле разные вещи. В первом случае ты не способен моментально переключиться от каждодневной работы на новую, мыслями еще в том коллективе. А вот во втором – ты в процессе все-таки не сутки за сутками – из-за специфики международного календаря.

– Не спортивный, а чисто человеческий вопрос. После периода между «Спартаком» и сочинской «Жемчужиной» вы долго без работы не оставались. Не бывало ли такого, чтобы после окончания контракта или ухода откуда-то родные говорят: ну слава богу, мы хотя бы тебя увидим наконец-то?

– Может они так думают, но сказать не решаются. (Улыбается.)

– Другие звонки с вариантами трудоустройства уже поступали?

– Да. Тоже пока не из России. Предлагали войти в совет директоров одного клуба, помочь со спортивным направлением. То есть по линии менеджмента, а не тренерской. Поблагодарил, но ответил, что еще не готов менять род деятельности. Причем звонок раздался еще до официального объявления на сайте КФФ – видимо, люди что-то знали заранее...

– О своем периоде в «Спартаке» вы в одном интервью говорили, что тогда красно-белых возглавлял еще не тренер Черчесов.

– Я же должен правильно оценивать. Что мне самому себе врать? Если это делал бы, так до сих пор и оставался бы не тренером. Опыт – великая вещь. И не будь у меня, скажем, к моменту прихода в «Легию» прецедента борьбы за титул со «Спартаком» (пусть неудачной), то и в Польше чемпионом не стал бы, и в Венгрии. Но только лишь наличие опыта не работает – его нужно правильно применять.

– Олег Романцев выражал вам в последние дни поддержку?

– С Олегом Иванычем последний пока раз общался 4 января – поздравлял его с днем рождения. Он сам – выдающийся тренер и понимает, что не стоит трогать коллегу на следующий день после ухода откуда-то. Пройдет время – созвонимся и обстоятельно обо всем поговорим.

– Понятно, что многое зависит от предложений, но вы сами какой видите по срокам паузу в работе?

– Вообще никакой не вижу. Но это как с чайником – смотришь на него, смотришь, думаешь, ну когда ты закипишь уже? А потом отвернулся – и он сразу выключился. Самая долгая пауза в моей карьере – год и семь месяцев, как раз между «Спартаком» и «Жемчужиной». И откуда, по сути, начинал? С первой лиги – а дальше шло по нарастающей.

– А какая отставка стала самой обидной? Когда вы чувствовали – черт, ну не по делу же?

– Уходы разными бывают. «Спартак» меня выкупил у «Тироля», «Динамо» – у «Амкара», с «Легией» контракт закончился, и не стал продлевать. В Венгрии – своя история, в сборных России и Казахстана – свои. Но, вообще, если тренер хотя бы раз не уволен, то он еще не тренер. (Улыбается.) Когда убирают кого-то из молодых коллег – звоню с поздравлениями, мол, вот теперь ты настоящий тренер. Иногда такие вещи тебя тоже развивают и злят в хорошем смысле, на результат нацеливают.

– У вас большой опыт и в сборных, и в клубах. Что на данный момент предпочтительнее?

– То, какие задачи будут ставиться передо мной и штабом, – вот что главное. Но везде требуется какое-то время. Пример. Спросите любого специалиста – иногда двух месяцев зимних сборов и десятка контрольных матчей мало, чтобы начало что-то получаться. А когда после двух тренировок нужно побеждать Норвегию или Австрию... Как это сделать, ни на одних тренерских курсах не объяснят – только на своей шкуре можно понять.

– Приоритетное направление – Россия или заграница?

– Хотелось бы работать в своей стране или по крайней мере там, где говорят на русском.

– Вы сказали, что пока не готовы к роли, условно, члена совета директоров клуба. А если бы – чисто теоретически – предложили бы войти в исполком РФС или возглавить РПЛ? Как вам такой род деятельности?

– Даже не думал о таком. Потому что это не футбол – это организация футбола, выработка его стратегии. Ты должен свои знания и умения оценивать правильно. Не готовился к такому. Когда ежедневно приходил в офис РФС, будучи главным тренером сборной России, то видел, что это совершенно другая работа. Хотя постоянное общение с Александром Дюковым, Виталием Мутко, Никитой Симоняном, Сергеем Прядкиным – как и с Леонидом Федуном и Борисом Ротенбергом – многое дало.

– Кстати, с Виталием Леонтьевичем давно последний раз говорили?

– Всегда поздравляю своих бывших руководителей с праздниками, днями рождения. Это относится ко всем, кого перечислил в предыдущем ответе.

– Поговорим о родном для вас «Спартаке». Сейчас много разговоров о трансфере центрального полузащитника «Торино» Ивана Илича, но у него постоянно возникают проблемы со здоровьем, а «Лацио» из-за них вообще отказался от приобретения серба. Стоило ли заморачиваться из-за футболиста с такими вводными при ценнике в 20 миллионов евро?

– Ну, смотрите, я же знаю, что обо мне часто пишут то, что не соответствует действительности. Так и тут – если ситуацию прокомментирует официальное лицо «Спартака», то буду этому верить. Остальное – от лукавого. Точнее, от стиля работы итальянских СМИ и блогеров. Что там правда, а что нет – достоверно не скажет никто. Кроме, повторю, официальных представителей клубов.

– В таком случае возникает другой вопрос: не кажется ли вам, что «Спартак» как клуб – не футболисты и не главный тренер – как-то исчез из медийного пространства? Надо же людям что-то объяснять.

– Не только «Спартак», красно-белые – частный пример целой тенденции. Но мы же не станем воспитывать руководителей и указывать им, как себя вести, верно?

В каждом клубе свое видение. Иногда бывает перебор открытости, иногда вы – имею в виду СМИ – считаете, что недобор. И тогда вот такие ваши вопросы заполняют вакуум – это логично. А его нужно в каких-то случаях не допускать, чтобы не появлялось неправильной информации. Ведь кто-то что-то от незнания пишет, кто-то – специально, а кто-то где-то краем уха услышал.

Мы часто с директорами в клубах, где трудился, совещались, чтобы если в команде что-то есть, давать информацию первыми. К примеру, почему игрок Х не тренировался, а Y оказался во втором составе. Потому что если этого не сделать, то потом на любой вопрос ты как бы оправдываешься.

Ведь может получиться как с условным Бабичем: неизвестные шейхи с Ближнего Востока дают столько-то, зарплата такая-то, но он хочет остаться в «Спартаке», однако переговоры о новом контракте не начаты. Ну и как на это реагировать? Правда это или кто-то придумал? Как реагировать СМИ? Впрочем, они-то могут это делать как угодно. А вот как клубу, наверное, имеет смысл что-то официально сказать. Тем более это не гипотетический Илич, а человек, у которого действует договор с красно-белыми.

Или ситуация с Промесом. Понятно, что голландец принес «Спартаку» много пользы на поле, брал титулы, забивал, отдавал. Но пока он находится под следствием, то, на мой взгляд, не должен возвращаться – это важный имиджевый момент. Закончатся судебные разбирательства в его пользу – появится почва для обсуждения. Но это мое мнение, а что думает по этому поводу руководство красно-белых, мы пока не знаем – публично оно не высказывалось.

Угальде и Абена

– Недавно в своей колонке для «СЭ» вы назвали последние трансферные шаги «Зенита» и на выход, и на вход грамотными. «Спартак» же пока только расстается с футболистами...

– Действительно, питерцы хорошо замиксовали спорт, экономику и психологию. Сделки по Луису Энрике, Артуру и Венделу схлопывают друг друга по финансам, выходя в ноль. Плюс последний, уверен, покажет весной совсем другой футбол, зная свое будущее. «Спартак» же не просто расставался, а делал это или бесплатно, или вообще с доплатой, как в случае с Селиховым. Но даже если москвичи не возьмут никого, то раз уж они за последние пять туров перед паузой сумели ворваться в число прямых претендентов на золото, значит, конкуренция в РПЛ есть. «Спартак» же не один матч выиграл, а выдал целую серию.

– Как относитесь к ситуации с форвардом Манфредом Угальде, которому «Спартак» вроде бы повысил зарплату после поступления предложения от «ПСЖ»?

– Я только об этом читаю, документов своими глазами не видел. Но приведу пример из своей практики. Когда работал в тогда еще «Тереке», позвонил один уважаемый агент и предложил игрока из Швейцарии. С аргументами, что парень на карандаше у «Лестера», Менхенгладбаха, «Вердера», «Нюрнберга». Выслушал и задал ему вопрос: а при чем тут «Терек»? Он понял мой намек.

Так и здесь. «ПСЖ» хотел Хвичу – и купил. Хотел Сафонова – Матвей давно во Франции. Так есть интерес парижан к Угальде или нет с учетом сказанного? Не видел ни одной бумаги, что логично, но только из-за того, что приписывают к кому-то интерес, зарплату никогда не повышал.

Плюс клубы должны вовремя на все реагировать – видя, что молодой игрок прибавляет, не надо дожидаться пока его куда-то позовут. Необходимо правильно и без эмоций принимать решения. К тому же не исключено возникновение эффекта домино: одному прибавили – выстроилась целая очередь. Многие подобные шаги руководства эхом отзываются в раздевалке, футболисты все друг о друге знают.

– Прямой вопрос о человеке, которого вы знаете как облупленного, поскольку тренировали его в «Ференцвароше». Защитник Миенти Абена – это уровень «Спартака»? Вот его же свежая цитата: «Я – на дне. И единственный путь – наверх».

– По характеру – золотой парень. А чтобы сказать, что не так у него в «Спартаке», нужно видеть матчи, а это в осенней части РПЛ происходило не так часто – кандидаты в сборную Казахстана выступают в других наших командах.

Но вот мы имеем ситуацию, когда Джикии в составе нет, а Абена – есть. Способен ли Миенти помочь выйти на новый уровень? Есть сомнения... Что «Ференцварош», что «Спартак» стараются действовать первым номером, а в такой ситуации не исключены эпизоды, когда защитники оказываются один в один против атакующего на разреженном пространстве. Вот тут Абена может теряться – он хорош при компактной игре низким блоком. Отмечал это, еще когда суринамца покупали в «Ференцварош», трансфер еще тогда вызывал сомнения. Кстати, по своим качествам и антропометрии напоминает бразильца Жедера, выступавшего в «Сатурне» и «Спартаке».

Впрочем, все сказанное не значит, что если у Миенти пока не получается (или совсем не получится) в составе красно-белых, то так же будет и в другом клубе. Качества-то у парня есть: атлетичный, быстрый.

– Как отреагировали, когда экс-спортивный директор «Спартака» Томаш Амарал после отставки Гильермо Абаскаля заявил, что Черчесова и Карпина в списке на позицию главного тренера нет?

– Мы необязательно должны присутствовать в этом списке, но высказывания нужно делать уважительно. Оценку подобным фразам должны давать СМИ и сам клуб. Собственно, «Спартак» свою уже вынес, сменив Амарала на Франсиса Кахигао. Мне вот только интересно, сколько, допустим, Сергей Юран проработал бы спортдиром в «Бенфике», за которую выступал, если бы во всеуслышание заявил, что не рассматривает кандидатуры Жозе Моуринью и Фернанду Сантуша? Десять секунд? Минуту? А у нас о главном тренере сборной России на трех крупных турнирах и ныне действующем такое заявлять, оказывается, нормально. Причем оба – спартаковцы.

– Какой вопрос вы задали бы Деяну Станковичу, окажись он сейчас перед вами?

– Вот прямо сейчас – никакой.

– Почему?

– Потому что мы не знакомы, а я в юности однажды пошутил в борцовской раздевалке, не зная ее порядков, – и чуть не прилетело. (Улыбается.) Так что вначале нужно хотя бы встретиться и пообщаться – чтобы возникла почва для вопроса. А все остальное – за рюмкой чая.

СЭ