Егор Хвалько: «Казахстанский чемпионат недооценивают. Здесь всё очень профессионально»

– Егор, как вы узнали, что попали в расширенный список национальной команды?

– Все как обычно. Менеджер сборной написал, поинтересовался, как дела, сказал, что планируют вызвать, но пока в расширенном списке. Попросили приехать, оформить визу — все оперативно сделали. В принципе, ничего нового: обычно так и происходит.

– Эта новость стала для вас неожиданностью?

– Нет, не сказал бы. Я предполагал, что попаду в расширенный список.

– Может быть, вы обсуждали это с другими потенциальными новичками сборной – например, с Ивановыми из «Славии» или Александром Шестюком?

– Я пересекся с Николаем Ивановым. Мы вместе подавались на визу, немного пообщались. До этого не были знакомы.

– Как вы относитесь к тому, что Карлос Алос в этом году привлекает к сборной много новичков, в том числе из не самых значимых чемпионатов – например, Лео Капилевича из четвертого дивизиона Испании?

– Спокойно отношусь. Он же тренер: ему нужны сильнейшие футболисты, которые есть в распоряжении. Может быть, он хочет посмотреть на новичков, как они выглядят в тренировочном процессе.

– Поделитесь ожиданиями от вероятной предстоящей работы под руководством Алоса.

– Рад, конечно, приглашению. Один раз уже вызывался при Кондратьеве, примерно представляю, что будет происходить. Да, это другой тренер. Лично я с ним не знаком, только слышал от ребят, которые уже играют в сборной, как он работает. Интересно посмотреть.

Если получится сыграть – будет классно. Каждый футболист хочет сыграть за сборную. Мне уже 28, но никогда не поздно дебютировать. Дай бог, получится, а потом продолжу дальше вызываться и играть.

– Ваш одноклубник по «Тоболу» Николай Сигневич не говорил, что по-доброму вам завидует?

– Нет, Коля такой человек, что он, наоборот, рад за меня.

– Николай не обсуждал тему сборной: открыт ли он к вызову или считает, что для него эти двери закрыты?

– Честно, не знаю. Мы на эту тему не разговаривали. Когда мне пришел вызов, он как раз улетел домой, а я еще был в Казахстане. Только Коля может ответить на этот вопрос.

– Что для вас важнее – бронзовые медали КПЛ или Кубок Казахстана?

– Наверное, Кубок важнее. Это все-таки трофей, золотая медаль. Хотя и третье место дорогого стоит. В принципе, бронзу тяжелее завоевать, потому что это длинная дистанция, но Кубок – первый трофей, завоеванный мной. Для меня это очень ценно.

– Заряжены ли вы остаться в «Тоболе», чтобы сыграть в еврокубках?

– У меня контракт до конца ноября. Разговора с руководством и тренерским штабом пока не было, поэтому не могу сказать, останусь или нет. Сыграть в еврокубках, конечно, хотелось бы. Когда мы выиграли Кубок, я сразу сказал: мы уже заработали еврокубки. Если получится остаться – классно, это будет новый опыт. Если нет – ничего страшного, найдем вариант.

– Атмосфера в клубе вас устраивает?

– Да, очень. Мне там понравилось. После трех лет в Азербайджане, где все время боролся за выживание, приятно оказаться в команде с другими задачами. Коллектив классный, быстро влился. Коля Сигневич помог адаптироваться, все стало проще.

– Общаетесь ли вы с другими белорусами, которые играют в Казахстане?

– Из белорусов общаюсь только с Колей Сигневичем. С остальными просто знаком.

– Как вы относитесь к расширению Казахстанской премьер-лиги с 14 до 16 команд?

– Мне есть с чем сравнивать. Когда я начинал играть в чемпионате Азербайджана, там выступало только 10 команд: ты всегда играешь с сильными соперниками, нет недооценки, высокая конкуренция. Но с некоторыми командами я играл 6 раз за сезон (4 матча в чемпионате и 2 в Кубке) – был момент, когда мы за 35 дней сыграли с «Нефтчи» 3 раза. Хочется разнообразия, а не игры с одними и теми же соперниками. В ведущих европейских чемпионатах играют 18–20 команд.

– В Казахстане ужесточают лимиты на легионеров: со следующего года не более десяти в заявке, затем – девять и восемь к 2028 году. Это правильный подход?

– Честно, не вижу смысла. Что поменяется для казахстанских футболистов? Если можно подписать десять легионеров, значит, их можно и одновременно на поле выпустить. Какая от этого польза? Я играл в Азербайджане три сезона, там лимит был семь легионеров на поле и четыре местных. С этого сезона лимит убрали – можно хоть одиннадцать иностранцев выпускать. Но я слежу: все равно в каждой команде играют три-четыре местных футболиста. И в Казахстане так же – у нас стабильно четыре-пять казахстанцев в составе. Поэтому от лимита, думаю, толку мало.

– Согласны, что успех «Карабаха» и «Кайрата» в Лиге чемпионов – во многом заслуга легионеров?

– Конечно. Условно, «Карабах» – это и лучшие местные, азербайджанцы, и сильные легионеры. Они лидеры, решают исход матчей. В «Кайрате» то же самое – легионеры тянут команду, всегда играя в стартовом составе.

– Удивил ли вас выход «Кайрата» в основной этап Лиги чемпионов?

– Наверное, не удивил. Когда играли с «Селтиком», тяжело было сказать, что пройдут, но они заслуженно попали в группу. Там уже другой уровень, в основном этапе Лиги чемпионов тяжело всем. Но в Казахстане за этим следят, интерес к футболу высокий. На домашние матчи в Алматы приходит по десять тысяч зрителей – отличный показатель. Люди любят футбол, на стадионы ходят хорошо.

– В последнем туре чемпионата Казахстана золото разыгрывали «Кайрат» и «Астана». Вы больше переживали за Громыко с Мартыновичем или за Макса Эбонга?

– Не переживал ни за кого. Мы в команде просто обсуждали, кто победит. За три месяца игры в Казахстане я убедился, что «Кайрат» на данный момент сильнее. Так и получилось. Хотя алматинцам повезло – Томасов попал в перекладину, и если бы забил, чемпионом стала бы «Астана».

– Разница между чемпионатами Азербайджана и Казахстана ощутимая?

– Да. В Азербайджане меньше команд, поэтому общий уровень выше – даже между теми, кто внизу таблицы, нет большой пропасти. Не считаем «Карабах»: они отдельная история, там ресурсы и состав на другом уровне. На дистанции с ними невозможно соперничать. В Азербайджане 12 команд (в прошлом сезоне было 10) и любой может обыграть любого.

В Казахстане есть команды вроде «Турана» или «Кайсара», которые заметно уступают лидерам. Так что азербайджанский чемпионат, пожалуй, конкурентнее. Не сильнее, а конкурентнее.

– По чем вы больше всего скучаете, живя вдали от родины?

– Не то чтобы скучаю по родине, скорее по родителям, жене, друзьям. Я привык жить вдали от дома: уехал рано, поэтому адаптироваться мне легко. Конечно, хочется жить и играть в Беларуси, но сейчас хочется и заработать, и получить новый опыт в других странах.

– Какой самый памятный сувенир вы привозили родным в Беларусь?

– Однажды мне в Азербайджане подарили большой ковер!

– Казахстан и Азербайджан — преимущественно мусульманские страны. Вы заметили различия в менталитете и повседневной жизни?

– В Азербайджане это прямо чувствуется: страна мусульманская, почти все население религиозное. Я не беру Баку – это отдельный, европейский город. А в остальном Азербайджане города друг от друга не сильно отличаются, традиции сильны.

В Казахстане я жил на севере, ближе к России. Там в основном русскоязычные живут, и я не заметил такой религиозности, хотя в команде были ребята, которые молятся каждый день. По быту и образу жизни мне, как белорусу, Казахстан ближе.

– Наверное, и климат в Костанае более подходит для игры в футбол, чем в Азербайджане?

– Да. В Азербайджане летом очень жарко – до 40 градусов. Тренироваться тяжело, воздух плотный, влажность высокая. Зимой там, наоборот, приятно: плюс 10-12, комфортно. Но летом тяжело, это факт.

– Традиционно географически обе страны относят к Азии, но в футболе они выступают в европейских турнирах. Для вас Казахстан и Азербайджан – это больше Азия или Европа?

– Казахстан, по моим ощущениям, ближе к Европе. Люди, с которыми я общался, по менталитету европейцы, образ жизни у большинства европейский. Азербайджанцы немного другие. Там религия глубже в культуре народа, больше традиционности. Может, поэтому ощущается разница.

– Если бы Казахстан вернулся в Азиатскую конфедерацию футбола, это бы повлияло на развитие футбола в стране?

– Думаю, нет. Казахстан – большая страна, с потенциалом и талантами. Все зависит от того, как руководители распоряжаются возможностями: строят ли детские школы, развивают ли инфраструктуру. Переход в Азию сам по себе ничего не изменит.

– Недавно Узбекистан впервые в истории вышел на чемпионат мира. Вы обсуждали этот успех с одноклубниками?

– Нет, не слышал, чтобы ребята об этом говорили. Но у узбеков сильное поколение. Посмотрите на их юношеские сборные: они выигрывают чемпионаты Азии, ездят на мировые первенства, на Олимпиады. Это результат системной работы.

– Говорят, что в Азии тренеры более строгие и авторитарные. Вы это почувствовали в Азербайджане и Казахстане?

– В Азербайджане у меня было пять тренеров. Один из них отличался особой дисциплиной. Он никогда не повышал голос, но порядок держал. На сборах в Турции сказал: отъезд на тренировку в 11 – значит, в 11. Ребята опоздали, автобус уехал без них, потом добирались сами и платили штраф. Ему не нужно было кричать – он взглядом прожигал. Его уважали, потому что он требовал, но не давил. В целом, там, где я играл, тренеры не сильно отличались по подходу. Тренировочный процесс везде примерно одинаковый.

– В чем главное отличие между белорусским и казахстанским футболом?

– В Казахстане зарплаты, конечно, другие. Финансово там стабильнее: у нас, если кто-то должен, то сразу новости, разговоры, а там все спокойно. Платят вовремя, никого не надо ждать. Это чувствуется: люди сосредоточены на футболе, а не на бытовых вопросах. Чемпионаты, конечно, отличаются по уровню легионеров.

– Вы воспитанник барановичского футбола. Как оцениваете работу Романа Киренкина и тот факт, что команда впервые в истории вышла в Высшую лигу?

– Во-первых, я считаюсь воспитанником «Немана», потому что последние годы юношеского футбола провел именно там, но и барановичский футбол мне тоже родной. Думаю, «Барановичи» заслужили выход. Ребята хотят занять первое место, а не просто попасть в Высшую лигу.

Если честно, я удивился – в середине сезона они подобрались к тройке, потом стали вторыми. Начали сезон не очень: были ничьи, поражение от «Слонима». Я слежу за ними, результаты знаю. Молодцы.

Роман Васильевич, конечно, красавчик – ему уважение. Город с такой инфраструктурой давно должен был быть представлен в Высшей лиге: стадион реконструировали, отличное поле, есть синтетика, тренировочные площадки. Все по делу.

– Как думаете, их успех – это с большего итог грамотной селекции или все-таки тренерский фактор?

– Честно, не знаю. Я с ними лично не общаюсь, но читал интервью Киренкина и руководителей клуба. Киренкин был помощником в юношеской сборной, когда я там играл. Все говорят одно: главный фактор – тренер. Да, футболисты делают работу на поле, но заслуга общая.

– Чем запомнилась работа с Киренкиным, когда он был помощником в юношеской сборной?

– Тогда главным был Алексей Михайлович Вергеенко, а Роман Васильевич был у него в штабе. Мы особо не общались, но помню, что он был одним из тренеров. Это было давно, лет 10-11 назад.

– Через месяц пройдет церемония «Звездный мяч». На ваш взгляд, кто заслуживает звания лучшего тренера года?

– Если бы «Неман» после еврокубков удержал форму, все бы отдали свои голоса Игорю Николаевичу Ковалевичу. Они тогда хорошо выступили, но в чемпионате результат оказался не тот, на который рассчитывали. А так, Иван Биончик в «Славии» отлично работает. Если команда займет второе или третье место в чемпионате – думаю, он станет одним из главных претендентов на награду.

– А лучшего футболиста сезона назовете?

– Тяжело выделить кого-либо. Мне нравится, как играет Захар Волков в МЛ, но в этом году не было одного яркого лидера. Шестюк – бомбардир, но это скорее лучший нападающий, не лучший игрок.

Если брать в целом, включая легионеров, я бы выделил Валеру Громыко. Он и в прошлом сезоне в «Кайсаре» и «Кайрате» тащил, и сейчас – в Лиге чемпионов. Думаю, он один из главных кандидатов.

– Для вас выход «Немана» в плей-офф Лиги конференций – сенсация?

– Нет, вообще нет. Когда они с «Кошице» перевернули матч с 0:2 на 3:2 – я не удивился. У «Кошице» сезон только начинался, они были не в форме, а «Неман» выглядел сильнее. Все по делу. Потом приехали в Венгрию, тоже уверенно сыграли. Там, конечно, уровень соперников уже другой, но все равно молодцы.

– Вы играли под руководством Игоря Ковалевича. Не испытывали эмоционального дискомфорта?

– Все было отлично, а на поле ты сконцентрирован на игре. Игорь Николаевич – экспрессивный, эмоциональный, но за словом в карман не лезет, говорит прямо. Мне комфортно с ним было работать, никогда его не боялся.

– Сейчас «Неман» – одна из самых возрастных команд чемпионата. Напрашивается перестройка?

– Не знаю, связано ли это с возрастом, но, конечно, травмы есть. Надо подпитывать команду новой кровью, это нормально. Но уверен, что тренерский штаб сам разберется. Люди опытные, знают, что делать. Думаю, все будет в порядке.

– В будущем, может, под завершение карьеры, вы бы хотели снова поработать с Ковалевичем?

– Пока не думаю. Мне еще играть по годам долго. Я живу от контракта до контракта, не загадываю вперед. Как будет – посмотрим. Все может быть.

– Планируете ли после завершения карьеры стать тренером?

– На данный момент нет. Я не хочу, не вижу себя в этом.

– Вы не играли в Высшей лиге Беларуси с 2022 года. Как вам кажется, сильно упал уровень чемпионата за это время?

– Тяжело оценивать. Я уехал, играл в Азербайджане, потом в Казахстане. Со стороны тяжело судить. Смотреть трансляции – это одно, а играть – другое. Поэтому не берусь оценивать, это будет неправильно.

Bel.football