Игорь Стасевич: «В Беларуси инфраструктура однозначно лучше, чем в Казахстане»

– Есть категория людей, которые, пожив и поработав за границей, остаются на чужбине. Как понимаю, это не ваш случай. Вы снова в родной Беларуси. Почему?

– У меня даже мыслей никогда не было жить в другой стране, потому что я люблю Беларусь. Здесь моя семья, мои родители, мои друзья. Нам всем очень хорошо на родине.

– Три легионерских года – какими они вам показались?

– В плане спортивной карьеры я приобрел новый опыт, познакомился с менталитетом другой страны. Говорят, с возрастом время начинает бежать быстрее. Но на чужбине оно мне казалось таким долгим. А все потому, что я был один, без семьи. И это обстоятельство накладывало свой отпечаток.

– Сейчас вы усиленно тренируетесь, чтобы продолжить карьеру. Какая мотивация может быть у состоявшегося футболиста вашего возраста?

– Скажу банально: я просто люблю футбол. Мне нравятся эмоции, которые получаю от игры. И не нужно искать для себя мотивацию, чтобы заниматься любимым делом.

– Здоровье позволяет?

– Не жалуюсь. Хотя и перенес четыре операции. Однако они были не настолько серьезными, чтобы выпадать из игры на продолжительное время.

– В детстве, юности думали, что будете выступать так долго? И вообще, строили какие-либо планы насчет карьеры?

– Когда был маленьким, конечно, мечтал стать футболистом. Но планку возраста, даже будучи зрелым игроком, себе не ставил. А в детстве об этом тем более не задумывался. Потому что тогда казалось: вся жизнь впереди. И в приоритете были другие мысли.

– Кстати, когда последний раз посещали родную борисовскую ДЮСШ-2?

– Примерно месяц назад. В ней проходил детский турнир, и меня пригласили на его открытие. Познакомился с теперешним руководством. Приятно было увидеть, что благодаря городским властям инфраструктура школы стала намного лучше. Постелили несколько искусственных полей, в наличии различный инвентарь. В мое время такого не было – испытывали трудности и с мячами, и с экипировкой.

– Всегда интересовал вопрос: почему в БАТЭ было мало коренных борисовчан?

– Во-первых, конкуренция в команде всегда была серьезной. Когда я оказался в БАТЭ, было много ребят из Минска, Могилева. В то время начинали приглашать перспективных молодых футболистов в дубль и для основной команды. Поэтому даже во второй состав пробиться было непросто. А Борисов город небольшой, футболом в мое время занималось не такое большое количество детей, и не у всех получилось попасть в команду.

– В таком случае приятно было понимать, что вы оказались в ней, будучи борисовчанином?

– Трудно подобрать слова, чтобы охарактеризовать эмоции, которые я тогда испытывал. Счастье – мало сказать. Уже тогда БАТЭ выиграл чемпионат Беларуси, постоянно боролся за высокие места. Конечно, многим сверстникам хотелось попасть в команду.

– Помните свой дебют в высшей лиге?

– Безусловно. Только месяц не помню. Было лето 2004 года. Минский стадион «Торпедо». Мы тогда победили 3:0. Кажется, я минут на двадцать вышел на замену Алексея Баги. Тогда это дорогого стоило.

– Юрий Пунтус доверял молодым?

– Всегда. В свое время он возглавлял молодежную сборную, и в БАТЭ выступали много ребят из «молодежки». Но в то же время в команде постоянно соблюдался баланс между опытными футболистами и молодыми.

– С кем конкурировали за место в составе?

– Хорошо запомнился Вадим Скрипченко. Но в целом мне было не принципиально, у кого выигрывать конкуренцию. Главное – попасть в стартовый состав. Если ты этого заслуживал – тогда играл. Конкуренция в БАТЭ всегда была очень серьезная.

– Можно сказать, что вы и команда развивались параллельно. Ощущали, что происходит движение вперед?

– Когда находишься внутри коллектива, не слишком это замечаешь. Особенно когда сам футболист. Просто занимаешься любимой работой и выполняешь ее со всем усердием.

– А организация дел в клубе становилась лучше?

– Изменения стали заметны с выходом команды в еврокубки. Требования стали выше, возможностей больше, улучшалась инфраструктура.

– Не было ощущения, что в 2008 году групповой этап Лиги чемпионов свалился вам с неба? Или же чувствовали, что созрели для нового уровня?

– С неба ничего не падает, к сожалению. Любой успех – это всегда большой объем работы, который выполняют футболисты, руководители, тренеры. К тому же не обошлось и без доли везения. Все сложилось так, что мы вышли в групповой этап. Конечно, это было чудо. Мы только в мечтах могли подумать, что способны достичь подобного уровня. Ведь до 2007-го далеко не запрыгивали – проходили один- два раунда. В 2007-м добрались до плей-офф, а на следующий год пошли еще дальше.

– Быстро тогда осознали случившееся?

– Сразу. Такие эмоции испытываешь редко. Было что-то невероятное. А когда увидели состав группы, еще больше обрадовались. Мечта любого футболиста сыграть с командами, которые нам тогда достались: «Ювентус», мадридский «Реал», «Зенит».

– Среди них были такие, которым симпатизировали в юношеском возрасте?

– В детстве моей любимой командой был «Манчестер Юнайтед». В чемпионате Испании болел за «Реал», в серии «А» – за «Ювентус». Но тогда, какая бы команда ни досталась, было прекрасно.

– После плей-офф 2007 года присутствовало внутреннее давление, что нужно совершить очередной шаг?

– По крайней мере оно не ощущалось. Мы просто шли от игры к игре: был очередной раунд, который старались преодолеть.

– Что в первую очередь удивило на групповом этапе Лиги чемпионов? Что необычного заметили в организации?

– Сразу поразил ажиотаж. Первый матч мы играли в Мадриде против «Реала». Ехали на поединок, а возле стадиона уже были толпы людей. У нас такого никогда не видели. Как правило, приезжаешь за полтора часа до матча, и на трибунах еще никого нет. А там вышли на разминку — и сразу оказались в театре.

– И как себя ощущали?

– Было волнительно. Мало того что играешь с «Реалом», так к тому же это первый матч в Лиге чемпионов, о которой мог только мечтать. Во время разминки казалось, что все происходящее наблюдаю по телевизору.

– Домашний матч с «Ювентусом», завершившийся со счетом 2:2, тоже из разряда «память на всю жизнь»? Он один из лучших в карьере?

– По эмоциям, наверное, нет. Все же в Лиге чемпионов случались и победы. Но так как то был первый матч дома, да еще при полном стадионе, конечно, это навсегда. Тогда забил головой. Ощущения были невероятные. Не передать словами, что это такое, когда тридцать тысяч соотечественников гонят вперед.

– Еврокубки сильно изменили вас в восприятии футбола, отношении к профессии?

– Я понял, к чему нужно стремиться. Увидел, что такое настоящий европейский футбол. И поверил, что можно самому выступать на этом уровне, если усердно работать. Это не закрытая дверь. Понятно, что в нее трудно войти.

– Еврокубки позволили пересечься на поле с футболистами, против которых мечтали сыграть?

– Конечно, мне довелось противостоять Джеррарду, Иньесте, Недведу, Салаху и многим другим звездам мирового футбола. Просто приятно соперничать с такими футболистами, оценивать себя на их фоне. Есть возможность сравнить себя с ними вживую.

– С кем-то целенаправленно менялись майками?

– Да, у меня довольно большая их коллекция – порядка 30-40 штук. Есть футболки Дель Пьеро, Тотти, Азара. Однажды жена попросила добыть майку Неймара – поменялся и с ним. Но в основном важно было просто получить экземпляр для коллекции. Хотя делал такое не после каждого поединка. Случалось, когда проигрывали, было не до того. Да и обмен майками никогда не был первостепенной задачей на матч.

– До 2010 года вы поработали в БАТЭ под руководством Юрия Пунтуса, Игоря Криушенко и Виктора Гончаренко. Попробуйте сравнить их глазами того 20-25-летнего Стасевича.

– Никогда не пытался сравнивать тренеров. У каждого из них свой подход, свои методики и стратегии. Каждый меня чему-то научил. Например, Игорь Николаевич взял в дубль, Юрий Иосифович дал дорогу в первую команду. С Виктором Михайловичем БАТЭ добился больших высот.

– В одном из интервью лет десять назад вы назвали Гончаренко «злым и диктатором». На чем основывалась такая характеристика?

– Он требовательный, импульсивный, приверженец строгой дисциплины. Но при этом давал результат. У нас с Виктором Михайловичем хорошие отношения.

– После блестящих еврокубковых сезонов в 2010 году вы внезапно уехали во второй российский дивизион – в «Волгу» из Нижнего Новгорода…

– Тогда меня выставили на трансфер. С «Волгой» подписал контракт на полтора года, но пробыл в ней только три месяца. Быстро понял, что оказался не там, где хотелось бы играть.

– Очередной неожиданный виток в карьере случился в 2011-м – переход в «Гомель», который только выбрался из первой лиги. Тоже, на первый взгляд, странное решение.

– Я поехал в «Гомель» поддержать форму. Но мне так все понравилось, что решил остаться. Команду тренировал Олег Михайлович Кубарев. А он умеет убеждать. Нисколько не жалею, что провел в составе гомельчан год. У нас не было звезд. Но в то же время коллектив был боеспособным. Тренер ставил нам именно тот футбол, который мы могли демонстрировать на поле. Все это вкупе дало результат.

Мы выиграли Кубок Беларуси, заняли третье место в чемпионате. Прекрасный результат для команды, которая тогда только вышла из первой лиги. К тому же мы вмешались в разборки БАТЭ, «Динамо» и «Шахтера», которые в те годы разыгрывали медали.

– Для борисовчанина переход в минское «Динамо» в 2012-м – это…

– …но я же переходил не напрямую из БАТЭ… «Динамо» – это флагман белорусского футбола. Команда, которая всегда борется за самые высокие места. Для меня принять предложение «бело-голубых» было шагом вперед, новым вызовом.

– Не смущало, что тогда «Динамо» давно не достигало высоких целей, а тренеры постоянно менялись?

– Всегда, когда переходишь в новую команду, думаешь, что будет по-другому.

– Кто захотел видеть вас в составе?

– Седнев. Но в июле Александра Сергеевича уволили.

– В «Динамо» в плане статистики у вас шло по нарастающей: 3+6; 3+7; 8+12.

– После Седнева команду возглавляли Олег Протасов, Роберт Маскант, Владимир Журавель. И именно при Журавле я вышел на новый уровень. Тогда и «Динамо» впервые добралось до группового этапа Лиги Европы.

– Говорили, что Чиж не всегда был доволен вашей игрой.

– Честно, не знаю. Он практически никогда не заходил в раздевалку. А на то, что публиковали в прессе, я внимания не обращал.

– Возвращение в БАТЭ в 2015-м – инициатива Анатолия Капского?

– Да, Анатольич первым мне позвонил. Мы встретились, переговорили. И я вернулся домой.

– После хорошего сезона в составе «бело-голубых» другие варианты рассматривали?

– Знаете, до недавнего времени у меня и не было предложений из-за границы.

– А почему?

– Я и сам всегда задавался этим вопросом…

– И сразу в БАТЭ вы выдали классный сезон, по итогам которого вас признали лучшим футболистом Беларуси. Фактор возвращения домой, или к тридцати годам достигли пика?

– Трудно сказать. Ведь 2014-й тоже получился неплохим. А когда постоянно играешь хорошо, начинаешь чувствовать уверенность. Если же футболист уверен, он не боится ошибиться на поле и показывает свою лучшую игру. Когда был моложе, часто одолевало волнение. И порой оно мешало.

– Имело значение, кто ваши партнеры по атаке? Если нападающий зависим от тех, кто ему ассистирует, так и вы, наверное, зависимы от тех, кто реализует ваши передачи.

– Футбол– командный вид спорта. Поэтому чем выше класс партнеров, тем и у тебя больше вариантов для результативных действий.

– С кем было наилучшее взаимопонимание?

– Виталик Родионов много забивал с моих передач, Макс Скавыш. Еще Стас Драгун, хотя он и не нападающий. Но так получалось, что мы легко могли найти друг друга на поле.

– А сами ощущали, что провели тогда классный год и заслуженно стали лучшим футболистом страны?

– Конечно. Всегда чувствовал, когда сезон удачный, а когда нет.

– После неудачного ищете причины в себе?

– Самобичевания нет. Но всегда стараюсь разобраться в природе не лучших действий.

– В 2016-м на пути БАТЭ возникла «Астана», и тот год оказался на то время самым неудачным. Команда осталась без «евроосени». Был шок?

– Не сказать чтобы шок, но… Понятно, к хорошему привыкаешь быстро. Но все равно каждый год – это новая история. И ты понимаешь, что выходами в еврокубки продлеваешь команде благополучную жизнь. Потому что она в основном зарабатывала именно в них. И футболисты осознавали, за что они сражаются. Ведь это не только положительные эмоции, но еще и стабильность клуба на следующие год-два.

– После подобных неудач руководство клуба сильно шумело?

– Конечно, перед нами всегда ставили самые высокие задачи, которые мы должны были выполнять. В противном случае могли последовать кадровые решения, уменьшалось финансирование.

– А если выходили в группу Лиги Европы, а не Лиги чемпионов – это тоже была проблема?

– Безусловно, для клуба разница существенная. Попадание в Лигу чемпионов – это одни условия, в Лигу Европы – другие. Да и в плане ажиотажа Лига чемпионов даст фору другим еврокубковым турнирам. Но нам, футболистам, хотелось играть и в Лиге чемпионов, и в Лиге Европы. Да, переживали, когда пролетали мимо главного турнира, но когда выходили в Лигу Европы, радовались не меньше.

– 2018-й выдался для вас удачным в плане ассистентских действий. С восемью голевыми передачами вы стали лучшим распасовщиком в Лиге Европы, а всего за сезон набрали 26 ассистентских баллов. Откуда такая ювелирность в передачах?

– Оттачивал на протяжении всей карьеры. Постоянно после тренировок остаюсь и работаю над элементами, которым нужно уделить внимание. Поэтому думаю, что достиг всего только за счет усердного труда.

Помню, в начале карьеры часто оставались с Артемом Радьковым минут на 10-15 после тренировок. Я подавал, а он головой замыкал мои передачи. Так вырабатывал мышечную память. Чем больше делал повторений, тем легче было в игре. В один день отрабатывал фланговые подачи, на следующий – исполнял штрафные удары, затем делал длинные передачи.

– При переходе в 2021-м в солигорский «Шахтер» захотелось нового вызова?

– Назовем это стечением обстоятельств. Контракт с БАТЭ закончился. И сезон в составе горняков в плане статистики получился у меня не очень хорошим. Потому что мысленно я так и не смог уйти из БАТЭ. Но тогда все сложилось именно так. В «Шахтер» меня настойчиво звали. Заинтересованность во мне он проявил гораздо большую, чем БАТЭ. Да и больше никто никуда не приглашал.

– Агент у вас был?

– Подписанный – нет. Есть люди, которые помогали в определенные моменты. Например, когда уезжал в «Волгу» и переходил в «Гомель».

– В 36 лет вы отправились в «Чайку», выступавшую в третьей российской лиге. Что это было?

– Опять же отсутствие других вариантов. Кстати, тогда там работал Тимофей Калачев, а главным тренером был Сергей Ташуев. Перед ними тогда стояла задача выйти в ФНЛ. Позже некоторые ребята доросли до российской премьер-лиги.

– И вот мы добрались до по-настоящему легионерского этапа карьеры. Почему выбрали Казахстан?

– Меня пригласили в «Атырау». Я ведь полгода не играл в профессиональный футбол, поэтому даже не раздумывал над предложением. Приехал, подписал контракт, и мы начали работать.

– Какие условия увидели? Говорят, что поля в чемпионате Казахстана не везде хорошие и что в Беларуси они намного лучше.

– Это правда. Что касается инфраструктуры, то в нашей стране она однозначно на более высоком уровне. Хотя бюджеты казахстанских клубов гораздо выше, чем наших. У многих местных команд поля – искусственные. Причем, мягко говоря, не очень хорошего качества. Вот и у «Атырау» газон был откровенно плохой. Мы его называли ловушкой. Потому что другим командам на нем было очень непривычно и тяжело играть. Ну а мы же на нем постоянно тренировались, поэтому знали каждую кочку. Поле хотя и искусственное, но какое-то горбатое. Сейчас на стадионе идет реконструкция, и в этом году «Атырау» играет в другом месте. В чемпионате Казахстана только у алматинского «Кайрата» хорошее поле. Нет у них таких топовых стадионов, как в нашей стране.

– В Казахстане ощущали себя легионером?

– В «Атырау» работали три тренера-белоруса. Кроме того, в команде, помимо меня, постоянно были три-четыре земляка. Но все равно ощущал, что играю не дома. Хотя в коллективе всегда царила хорошая атмосфера. Все с удовольствием тренируются, общаются друг с другом.

– В футбольном плане не прогадали, что провели три года в Казахстане?

– Нет. Там неплохой уровень чемпионата. Первые два года «Атырау» занимал шестое-седьмое место. В этом плане у нас была стабильность. Потом мы ушли в «Туран». Но через несколько месяцев почти всей белорусской диаспорой вернулись в «Атырау», который с четырьмя очками шел на последнем месте. В итоге спасли команду. Буквально в последних турах обошли «Туран», который и покинул премьер-лигу.

– Может, пожалели, что лишь в конце карьеры отправились на легионерские хлеба?

– Ни в коем случае. Доволен, что предыдущие годы выступал в Беларуси. Это было прекрасное время, когда мы выходили в еврокубки, прославляли нашу страну на международной арене. Благодаря БАТЭ зачастую в Европе узнавали, что в Беларуси клубный футбол на достойном уровне.

– За эти годы поняли, что такое ностальгия?

– Конечно. Когда работаешь в другой стране, все твои друзья и знакомые находятся дома. К тому же я всю жизнь провел в родной Беларуси, редко надолго уезжал из нее, поэтому, безусловно, скучал. В первую очередь по семье, видеться с которой удавалось нечасто. Иногда получалось прилетать домой раз в два месяца, иногда и того реже. Всего за сезон – три-четыре раза. Семья приезжала ко мне месяца на полтора только в первый год. А потом у нас родилась дочь, поэтому выбраться ко мне было невозможно. Ну и в прошлом году прилетали летом, потому что в остальное время сыновья ходят в школу.

– 5 июля 2025 года вы провели 732-й матч на высшем уровне и возглавили Клуб Сергея Алейникова. Насколько это событие стало для вас знаковым?

– Раньше никогда не задумывался о подобном рекорде. Но когда о нем стали все чаще писать, я поставил цель побить его. Не скрою, было приятно, что на матч прибыли представители Белорусской федерации футбола, поздравили. Наверное, именно тогда я ощутил, что случилось действительно важное событие.

– После этого пришло понимание, что в белорусском спорте вы важная личность, на которую можно и нужно равняться подрастающему поколению, к чьим словам стоит прислушиваться?

– Действительно, теперь понимаю, что приобрел определенный статус, когда на меня смотрят молодые футболисты. Им нужно подавать правильный пример. Стоит признать, что однажды я поступил неправильно, неверно отреагировал на события, которые происходили в родной Беларуси. Мое действие шло вопреки здравому смыслу. Когда меня поздравляли с 732-м матчем, вручили государственный флаг Республики Беларусь. И я в очередной раз гордился тем, что выступал за национальную команду, защищал честь страны. Уважать флаг, герб и гимн – это долг и обязанность каждого белоруса. Надо любить свою страну.

– Через несколько недель наша сборная проведет товарищеские матчи на Национальном футбольном стадионе, который открыли, когда вы были в Казахстане. Побывали на новой арене?

– Да, посетил один из матчей чемпионата Беларуси. Потрясающий стадион. Классно, что еще одной современной футбольной ареной в стране стало больше. Здорово, что президент Александр Лукашенко уделяет спорту большое внимание. Недавно с его участием открыли Национальный бассейн. Знаю, что государство активно помогает массовому спорту, дает возможность обычным людям реализовывать себя на спортивных площадках, которых появляется все больше и больше. И здесь важно отметить роль Министерства спорта и АБФФ.

Важный проект «Спорт для всех» реализует Президентский спортивный клуб, постоянно проходят конкурсы для детей. Любительский и массовый спорт как раз и отражает здоровье нации.

– Сборная Беларуси для каждого футболиста – это отдельная история?

– Безусловно. Для меня всегда многое значило защищать честь флага и герба. Потому что это другая ответственность – представлять страну на международной арене. За национальную команду мечтает сыграть каждый футболист. И я счастлив, что на протяжении многих лет мне удавалось надевать форму с государственной символикой.

– Будем говорить как есть: не за горами завершение карьеры. Каким видите финальный аккорд?

– Хочется на глазах своей семьи, родителей, друзей провести последние матчи в родной стране, которая помогла мне стать футболистом, сделать имя. Было бы прекрасно завершить карьеру в том клубе, где делал первые профессиональные шаги.

– Как вы относитесь к прощальным матчам?

– Положительно. Во время таких мероприятий понимаешь, что заканчивается важный этап, самый продолжительный в жизни. Думаю, в такие минуты спортсмена одолевают особые, трогательные чувства.

– Жена Александра и дети рады, что вы дома?

– Ради них я и вернулся. Не буду скрывать, у меня был вариант снова отправиться в Казахстан. Но за время моего отсутствия у нас родился третий ребенок – дочь Саша. И мне хочется видеть, как она взрослеет. Сыновья также заметно выросли. Стасу уже четырнадцать лет, Максу – десять. Да и мне морально непросто находиться вдали от дома. Хочется наконец постоянно быть рядом с семьей в родной Беларуси.

Прессбол